Писцово Вторник, 21.11.2017, 22:19
Приветствую Вас Прохожий | RSS
Меню сайта

Категории каталога
Статьи [14]
Бытовые картинки [17]
Поэзия, однако... [63]

Разговорчики
300

Главная » Статьи » Статьи

В.И Майорова


ИСТОРИЯ СЕЛА
В СУДЬБАХ ЕГО ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫХ ЛЮДЕЙ

Писцово упоминается в старинных летописях с 1568 года. Есть несколько версий происхождения его названия: одна гласит о том, что первыми поселились в этих местах монахи - переписчики книг, либо земельных угодий. Вторая утверждает, что исстари наши крестьяне занимались набивкой или «писанием» на ткани.
«Село расположено большим квадратом‚окружностью верст на шесть‚ в юго-западном углу Костромской губернии‚ Нерехтского уезда‚ около границ Ярославской и Владимирской губерний» – так говорится в книге «Историко-статистическое описание села Писцова» [М., 1901 г.].
По преданию, через Писцово в Кострому проезжал царь Иоанн Грозный‚ и‚ будто бы‚ заложил здесь церковь Святой Троицы, пил воду из святого колодца… В 1660 году село было пожаловано Князю Юрию Долгорукову за взятие в плен польского гетмана Гонсевского «со всею артиллериею и обозом».
Бывали в наших краях и другие венценосные особы. 13 мая 1837 года‚ при путешествии своем по России проследовал в Кострому селом цесаревич Александр Николаевич Романов. С ним был его воспитатель В.А. Жуковский. Маршрут Наследника говорит о внимании правительства тех лет к районам фабричной деятельности.
Село с тремя тысячами жителей в конце XVIII - начале XIX вв. имело до 10 полотняных фабрик. Первая в здешнем крае механическая фабрика для печатания ситцев была открыта купцами Рыскиными. В 1889 году фабриканты Павловы построили ткацкое производство, которое вырабатывало миткаля «на 1011208 рублей при 721 человеке рабочих». Ситцы отправляли в Москву‚ Харьков‚ Ирбит, Симбирск и Ростов.
Издавна был распространен и плотничный отхожий промысел. Писцовские плотники пользовались репутацией хороших мастеров по всей России.
Украшением старинного села являются храмы: Св. Троицы‚ Воскресения (1748), Рождества Преподобной Богородицы (1808)‚ Казанской Божией Матери (1911). В настоящее время службы идут лишь в церкви Рождества Богородицы‚ вновь открытой в 1989 году.
Писцовская земля благодатна на таланты. Своей святой обязанностью мы считаем сохранить память о них, их делах, творчестве, семьях. На примере известных и знаменитых земляков помочь односельчанам сохранить семейные традиции почитания предков, истории своего родного края.
Вот один из ярких примеров. Немногие знают, что в нашем селе родился поэт С.Ф. Рыскин (1860 – 1895). Весь мир распевает его песню «Живет моя отрада». Сергей Федорович был переводчиком‚ писателем‚ журналистом. В Москве в 1888 г. вышел единственный его сборник «Первый шаг». В 1979 г. Писцовская библиотека начала собирать по крупицам сведения о поэте и его наследии.
Результатом стала рукописная книга «С.Ф. Рыскин. Избранное», вышедшая в 1996 г. В ней - биография‚ редкие фотографии‚ библиография поэта. В школах Комсомольского района прошла презентация этой книги. Ивановское телевидение сняло документальный фильм о родине земляка‚ его жизни. Сельская библиотека проводит выставки работ детей из Детской школы искусств на тему знаменитой песни Сергея Федоровича.
2002 год в селе ознаменовался выходом машинописного сборника «Войной оборванные строки» о жизни другого поэта - М.А. Гангрского (1920 – 1942).
Михаил Александрович тоже родился в Писцове, окончил среднюю школу, поступил в Ивановский химико-технологический институт.
Воевал на финской‚ затем на Отечественной войне. Был политруком. Даже в окопах Севастополя писал стихи, которые печатали фронтовые газеты. Михаил Александрович погиб смертью храбрых, разделив судьбу с миллионами других россиян… Не дожидаясь выхода в свет, рукописное издание уже изучается детьми в средней школе.
В Писцове есть еще одна поэтесса‚ Любовь Подболотная. Во Владимире вышли сборники ее стихов. Училась в школе. Жила и работала во Владимире, где вышли сборники ее стихов. Вернулась в Писцово. Устроили встречу в библиотеке. Собрались поэты-самоучки. Несколько встреч и… вышел сборник пятнадцати местных поэтов. Назвали - «Писцовские друиды».
Сейчас готовится к выпуску сборник поэзии еще одного интересного человека‚ пенсионера‚ ветерана труда Ю.А. Белянкина. Стихи замечательные! Стоят того‚ чтобы выпустить их отдельным сборником!
Во Владимире же работает в тюрьме Татьяна Георгиевна Галаншина, заведующая библиотекой, участница Афганской войны. Ее заинтересовал материал по Владимирскому Централу. Написала историю Владимирского Замка. Привезла нам почитать черновик. Родом Татьяна Георгиевна из нашего Писцова.
В 1989 году мне довелось познакомиться с воспоминаниями П.И. Дорогова, записанными в обычной общей тетради. Бывший солдат‚ простой рабочий‚ уроженец с. Сретенье, писал о своих однополчанах, о жестокой правде фронтовых дорог. Помогли обработать текст, напечатали еще одну рукописную книгу «Путъ-дорожка фронтовая». Как Павел Иванович радовался ей! Ходил в школы, выступал перед детьми…
С начала работы в Писцовской библиотеке в 1977 году я стала записывать на разрозненных клочках бумаги слова и рассказы В.И. Ковригиной‚ нашей уборщицы. Уж больно образен, самобытен и богат был ее язык! Накопился большой материал. Неожиданно он оказался востребованным студентами филологических факультетов гг. Шуи и Иванова. Решила систематизировать: переписала в тетрадь. Так родился словарик местного диалекта!
В 1996 году мы‚ несколько энтузиастов из детской школы искусств и дома творчества, начали обходить соседние деревни. Расспрашивали старожилов, зарисовывали разрушающиеся храмы. Художница Г.В. Фролова прониклась темой духовности‚ старины. Стали рождаться картины. З.В. Абакумова писала стихи о деревнях‚ их истории. От избытка чувств я послала в журнал «Наука и религия» репродукции Галины Викторовны и стихи Зои Викторовны, которые к нашей общей радости были опубликованы! [Наука и религия. – 1997. - № 10]. А из воспоминаний старожилов, собранных нами, неожиданно родилась очередная рукописная книга «Слово о былом».
Материала было много. К нему постоянно добавлялись воспоминания писцовских жителей. Книга получилась объемная, но сырая‚ разнохарактерная. В нее вошли рассказы о 33 деревнях, о селе Писцове‚ о диалекте края (пригодился словарик В.И. Ковригиной). Включили в нее перечень памятников гражданской и церковной архитектуры‚ названия деревенских праздников, обычаев и т. д.
141 человек поведал свою судьбу и историю родной деревни. В книге представлены именной (645 фамилий) и библиографический (более 500 наименований) указатели.
С 1998 года в районной газете «Заря» я начала публиковать некоторые рассказы из этой книги. Да так и продолжаю до сих пор. Часто слышу отзывы: «Почитала, как будто побывала в своей деревеньке…». Однажды пришел в библиотеку Л.А. Кошкин со словами: «На будущий год выписал газету.



Обязательно напиши про мою деревню!» Что же, напечатала, собрав из нескольких воспоминаний небольшой очерк. Начинался он с таких строк: «Есть у меня должок… написать о селе Филиппково…».
Деревня Блудово, Михеевского сельсовета. У нее своя биография, своя судьба, своя история, которая прервалась два десятилетия назад. Но память о ней и ее жителях пока жива. Шестнадцать деревенских домов располагались к юго-востоку от Писцова на небольшом пригорке. Речки здесь не было‚ лишь два пруда. Лес подступал к огородам. Говорят, в старые времена грибов было так много, что их из леса возили телегами и солили в бочках. Да и ягод ближнее болото давало немало.
С какой любовью и печалью вспоминает о родной деревеньке и ее людях Вера Борисовна Воробьева:
«Отец мой родом из Строевой Горы‚ мама из Блудова. Деревни уже нет‚ лишь заросшее поле. Места вокруг интересно назывались: Оксенцево, Горбуши, Тараканиха. Покойников хоронили в Строевой Горе, а в Оксенцеве оставляли горшочки с пучком соломы и куском мыла. Говорили‚ будто души приходили умываться на это место. Много черепков здесь находили. Название болотистого места‚ думаю‚ от слова «окститься» - креститься. Болото было перекрыто лавами, потом осушили его и стало плохо. Тараканиха, Тараканье болото - ходили сюда за ягодами - здесь росло много гонобобеля.
В Блудове стояли знаменитые вековые липы. Их было видно даже у Афанасьева, вот какие огромные! В ветвях устроены полати, мужики в жару там отдыхали. Со временем все выкорчевали, стащили в пруд. Посеяли клевер. В первые годы еще убирали его, скашивали в скирды, а потом все гнило и сжигалось. Нет деревни - одна трава…
Приду‚ постою на том месте, где бабушкин дом был, и то уж точно не знаю… А помню все ступеньки своего крыльца, все щербинки на полу, запах избы, он особенный в каждом доме. Ощущение безмятежности было. Бабка уйдет на ферму‚ оставит молока да пирогов – вот и ешь. Полная свобода. Играли в лопухах, как в доме: вот какие заросли были. Дети купались в одном пруду, а в другом - чистом - брали воду для питья. Фамилии в деревне: Маловы‚ Кузьмичевы, Гусевы‚ Федосеевы, Скороходовы. Жила Васена. Когда бульдозером стаскивали деревья в пруд, ее яблоню-грушовку скинули туда же, а она выжила, до сих пор родит Васенина яблоня!
Миша Гусев купил как-то в Иванове торт, и несколько лет стояла та коробка на окне для показа всей деревне. Увезли Мишу племянники, когда он состарился. А он‚ 80-летний, все равно возвратился в Блудово. Жил в своем доме. Я как-то посетила бабкин дом. Иду деревней: сидит старик, обросший щетиной, как мхом‚ смотрит в одну точку стеклянными слепыми глазами. Я ему: «Здравствуй, дядь Миш!» Не ответил. Везде походила, поговорила со знакомыми, иду обратно. Все так же сидит. Символ одиночества… На что и как он жил‚ никто не знает. Как выживал?! Так и умер тут.
Кузьмичев Федор Арсеньевич слыл в Блудове деревенским философом. Он один не вступал в колхоз, хотя и бедным был. Писал письма Сталину. Четверо его сыновей погибли на фронте. Может поэтому его и не тронули власти. Умер он восьмидесяти лет‚ в 60-х годах. Говорил: «Развалятся ваши колхозы!» Его дочь, Евфалия Федоровна, работала ткачихой на Писцовской фабрике. Приходила к моей бабке чай пить со своей сахарницей. Варенье варили на кирпичиках: положат два кирпича‚ на них таз, а внизу щепочки - свет экономили. Запах на всю деревню! Все знали: Евфалия варит варенье на кирпичиках.
Анна Малова обшивала всю деревню. Халаты‚ кофты шила. Каждый в Блудове занимался своим делом. Не помню, чтобы кто-то бездельничал. Жила деревенька‚ и нет ее…».
В «Слове о былом» можно услышать голоса людей‚ живые воспоминания старины: о фабрикантах‚ лавочниках‚ купцах‚ крестьянах. XX век представлен во всем многообразии трагедий: война‚ репрессии и… вечный труд.

В 1997 г. по примеру московского журналиста Кипниса‚ переписавшего захоронения Новодевичьего кладбища‚ я подумала: «А мы чем хуже? Пока не исчезли могилы, не заросли, не упали кресты – давайте-ка перепишем и наше кладбище!» И пошли: Зоя Викторовна Абакумова‚ Марина Викторовна Сырова, да двое детей. Тетрадка в руках, карандаши наточены‚ мне диктуют, присев в бурьяне, читая полустершиеся надписи… Ходили три месяца. Переписали около трех тысяч поименованных могил. Никто не верил, с каким огромным желанием мы делали эту работу! Так родилась машинописная книга «Писцовское кладбище» (2004 год). В ней можно почитать и личные воспоминания, рассказанные родственниками. Есть в сборнике именной указатель‚ описание православного обряда погребения и многое другое.
В 2004 году я познакомилась с замечательным человеком - А.А. Салеевым. О нем рассказала мне Н.И. Лазарева‚ директор Седельницкой школы, где когда-то учился Алексей Александрович. Перед войной он окончил среднюю школу в Писцове. Нашлась его одноклассница - М.Д. Федорова. В газете «Заря» я напечатала ее рассказ. Послала заметку в город Родники‚ без адреса‚ просто: Доктору А.А. Салееву. Пришел ответ и приглашение посетить Ботанический сад. Экскурсией в 17 человек поехали в гости.
1500 редких растений и уникальная личность Алексея Александровича‚ создателя Сада‚ доктора медицинских наук, главного врача противотуберкулезного диспансера – наши главные впечатления от этой поездки. Потом завязалась переписка. Доктор прислал мне свои воспоминания о войне, которые были опубликованы в журнале «Наука и жизнь» [2005. - № 5].
Работа в библиотеке каждый день дарила мне «роскошь человеческого общения». Как-то, взяв общую тетрадь‚ сделала на ней надпись «Наш читатель» и с 1980 г. стала вести ДНЕВНИК. До выхода на пенсию в 2004 году накопилось двенадцать тетрадей. Теперь записи продолжают молодые библиотекари. И они видят, что жемчужинки-дни нанизываются на стержень истории, истории своей малой родины.
Выдержки из Дневника публиковались в газете «Первое сентября» и в «Литературной газете» [2005. – июнь].

ИЗ ДНЕВНИКА

28 ноября 1993 года‚ воскресенье.
В библиотеке латаем дыры: пол облупился, а давно ли красили! Вчера попросили у поселкового Совета краски‚ кое-где подновили. Обвалился потолок в швах между плитами – надо залатать. Провалился пол в некоторых местах – тоже надо…
В среду заказала в библиотечном коллекторе книг на 80 тысяч рублей. Может, оплатят? Со времени нашей самостоятельности – в этой половине года ровно три поступления литературы. Оплачивает поселковый Совет. Этого не было с 1975 года. Почти 20 лет… Теперь каждую книжку в руках повертишь, посмотришь: то штамп поставишь, то шифр, то каталожную карточку напишешь, то инвентарную запись – и она уже дороже для тебя, знакомей…
В пятницу пришел мальчишка 11 лет‚ стоит, смотрит детские книжки. Я из подозрений говорю ему:
- Иди домой‚ у нас пахнет краской, угоришь!
- Мне некуда идти. Мать выгнала, с топором налетела. Будто я украл чего-то. И я ей не сын больше. А я и не брал.
- Но ведь мы скоро запрем библиотеку. Темно‚ мороз. Куда ты пойдешь? - Не знаю. Ночевал на пекарне. Теперь не пускают – отвечает как взрослый. Чувствуется, - часто и всем повторяет это, и надоело ему уже.
Звоню тихонько в милицию. Там смеются:
- Он вам наплетет. Врет все! Стас его зовут. Шляется везде. Мы уж его отправляли в село Дмитриевское. Значит, опять болтается здесь…
Вошла библиотекарь Римма Алимпиевна. Вводим и ее в курс дела. Она основательно усаживается, внушает ему доисторические вещи про хлеб, нищету, труд – примерно, как на читательской конференции… Мальчишка листает в этот момент «Мурзилку», надувает пузырем импортную жвачку во рту… Стыд за него. Хоть не показывал бы вид, что все ему надоели. Но дети не умеют притворяться…
Пришла заместитель главы администрации поселка В.Н. Веденеева. Она начала по-другому: ласково‚ как с ребенком. Он, гляжу, запыхтел, покраснел, что-то стало проклевываться, но… опять всем видом показывает: «Как вы все надоели, бестолковые. Ну не хочу жить, как все. Хочу ездить, дурить, и кто придумал запрещать?! Подумаешь, свистну что-нибудь, накурюсь, выпью… И чего? Вы тоже все это делаете. Только врете друг другу‚ выставляетесь хорошенькими, чистенькими. Не так?»
Так‚ парень‚ так. Ложь вокруг. Грязь‚ рожденная еще до тебя. Это тебе противно‚ все это ты принял на себя. Другому не учили. Это вокруг‚ рядом, даже в маме‚ родном тебе человеке. Что ты запомнишь о своем роде, что хорошего передашь детям своим? Вот и исковеркался, сразу и жизнь повидал, и грязь… И надоели красивые слова. Не видно возвышенных‚ красивых дел. Их не пощупаешь руками‚ они не ощутимы. Ты прав‚ мальчишка. Прости нас!
Полдень. Было пятеро читателей. Вчера подумалось: помимо книголюбов, за день приходят еще столько же посетителей. Просят заполнить бланки в сберкассу (она рядом); неграмотные‚ с дрожащими от старости руками‚ слепые‚ инвалиды. И мы пишем… Суют деньги‚ конфеты. Деньги не берем, за конфеты ругаем, но не отказываемся, так как у нас постоянно кто-то пьет чай.
Приходят «глядельщики» на выставки. Увидят на улице афишу и идут. То являются за старой газетой – курить махорку. Один старик заходит каждую неделю, а то и через день. Забывает, что брал недавно… То позвонить зайдут и разболтаются. Кому-то погреться – в автостанции стужа. Идут даже с грудными детьми – центр поселка. Но стала замечать: некогда поговорить с читателями. А они так любят присесть‚ отдышаться, рассказать что-нибудь.
4 декабря 1993 г.‚ суббота.
По просьбе читательницы‚ Галины Павловны Грошевой‚ Г.В. Фролова провела у своей юбилейной выставки беседу. Подошли и мы из интереса. Галина Павловна смотрит на картину «Храм Святой Троицы»: «У этой церкви был очень красивый вход когда-то. Кованые чугунные ступени. Деревянная пристройка». Галя слушает. Говорит о своих работах: «Моя любимая «Божий храм». Лето не люблю. Как-то попросили нарисовать лето. Я написала «Осень». Хотя и радостную…
18 февраля 1994 г.‚ пятница.
2-го марта областные курсы повышения квалификации. Приезжают заведующие сельскими библиотеками со всей области. Прошу в администрации денег на чай‚ конфеты - не дают. И даже не спрашивают: кто приезжает, зачем, как помочь. Конечно‚ трудное время. Все дорогое. Но элементарная вежливость должна быть. Где гостеприимство русского человека? Всего-то требуется пять тысяч рублей. В кабинетах унижают: «Придумала чаепитие! В такое то время! Принеси из дома и угощай!» Сидишь и краснеешь. Как девчонка. Словно снимают с тебя деловую одежду, и ты чувствуешь себя нашкодившим котенком, без возраста в 44 года.
5 марта 1994 г.‚ суббота.
Прочитала статью в журнале «Библиотека» о функциональной неграмотности в развитых странах. А у нас как? Набирают сумками книг, а роста читательских навыков, культуры нет. Речь не развита, не умеют выбрать, коротко сказать о книге, ее идее – тем более. Все это результат принудительного характера обучения чтению…

Но вернемся снова в наши дни.
Живет в Писцове интереснейший человек – В.Ф. Сучков. Почти 50 лет собирает он сведения о селе. По профессии фельдшер‚ по душевному складу – историк. Валентин Федорович выпустил в издательствах Шуи и Иванова несколько книг по истории с. Писцово, Писцовской больницы. Сборники снабжены фотографиями автора, содержат историческое описание села, статистические данные почти по всем отраслям. Здесь можно узнать о промышленности‚ торговле‚ культуре‚ общественной жизни села XX века. Книги представляют огромную ценность для всех, кто интересуется судьбой своего края, историей своего рода. Тираж в сто‚ двести экземпляров дает возможность жителям Писцова читать‚ запоминать‚ впитывать родные названия‚ фамилии‚ места.
Летописная работа людей‚ влюбленных в край‚ дает обширный материал для родословия многих семей. Пишут, приезжают из городов России, интересуются родственниками, которые когда-то жили здесь.
Год назад приехал из Магнитогорска Б.Н. Елизаров, внук писцовского колбасника. Их продукция славилась на всю округу: медвежья, говяжья, чесночная колбаса. После революции семью раскулачили, выслали в Магнитогорск. И вот через столько лет посылает старый и больной отец сына: «Поклонись дому, родной земле!» Приехал внук в село, зашел в библиотеку. Почитал о дедушке в «Слове о былом». Был бесконечно благодарен старикам, рассказы которых мною были когда-то записаны.
Еще пример: в далекой Швеции живет ученый Павлов. Его отец – профессор из Нижнего Новгорода, уроженец с. Писцово. На нашем кладбище лежат его деды и прадеды. Приезжайте, посмотрите, запишите, расспросите старожилов – цены не будет такой родословной!
Люди уходят. Вместе с ними уходит память‚ тончайшие наблюдения о Времени. Смысл нашей работы – сохранить память. У серьезных исследователей Писцовского края впереди еще много работы. Они будут иметь возможность сидеть в архивах‚ музеях‚ открывать старинные летописи. Мы же слушали живых людей, смотрели в их глаза, в глаза XX столетия.

Взято с www.yar-genealogy.ru

Content-Disposition: form-data; name="file1"; filename="" Content-Type: application/octet-stream
Категория: Статьи | Добавил: SUN (29.11.2007)
Просмотров: 1344 | Комментарии: 2 | Рейтинг: 4.3/3 |
Всего комментариев: 1
1  
Спасибо, что не забываете указывать источники. Приятно уважительное отношение к чужому труду. Успехов вам в работе над сайтом. При случае привет Валентине Ивановне от двух Александров из Ярославля


Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа
                                    

Поиск

Друзья сайта
    1 2 3 4 5 6 7
    +5
    +
    -2°
    Писцово
    Воскресенье, 17
    Прогноз на неделю

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Copyright MyCorp © 2017Используются технологии uCoz